Екатерина (catherine_catty) wrote,
Екатерина
catherine_catty

Category:

О визите королевской прусской семьи в Петербург.

Что-то у меня не творческое настроение, писать самой ничего не хочется. Поэтому предлагаю почитать Вигеля. Вот уж сплетник был! Зато нарассказывал массу интересного.

«В декабре месяце (1808 года –К-К) разошелся слух, который возбудил любопытство и участие во всех жителях Петербурга, от вельможи до мещанина. Государь ожидал к себе дорогих гостей: королеву Прусскую, предмет нежнейшего и почтительнейшего сострадания всех русских, и короля, супруга ее. Никакое государство, не переставая существовать, не доходило еще до столь глубокого унижения, в каком находилась тогда Пруссия: столицы ее, крепости, все главные города были заняты французскими войсками, до выплаты огромной контрибуции: в одном только нетронутом углу, на самой русской границе, в небольшом городе Мемеле, в небольшом частном доме жило, забившись, королевское семейство. Душевно соболезнуя о том, император Александр был в Эрфурте искусным и жарким адвокатом Пруссии. Наполеон, у которого начиналась война с Гишпанией, гораздо серьезнее, чем он ожидал, и готовилась другая, с Австрией, имея нужду собрать вокруг себя все войска свои, показал, будто ни в чем не умеет ему отказывать, и согласился очистить путь королю в Берлин. Кажется, оба императора начинали уже тогда хитрить друг с другом. Тронутые сим новым опытом дружбы нашего царя, для изъявления ему благодарности, король и королева захотели посетить его столицу, прежде возвращения в собственную.

Клайпеда. Тот самый дом.
Клайпеда

В Петербурге все толки шли более о королеве, которая блистала прелестью красоты и в то же время двойным величием сана и несчастия. Любовь к ней русских умножалась всею ненавистью их к Наполеону, столь не рыцарски изливавшему всю злость свою против нее. В день Рождества, вечером, ожидаемая чета, в сопровождении принцев своего дома, прибыла в Стрельну. На другое утро, 26 декабря, были они встречены с почестями, может быть, не совсем приличными, но всеми одобряемыми, как великое утешение в великих горестях. Погода стояла суровая и холодная; как нарочно, в этот день сделалась совершенная оттепель. Не доезжая до Петербургской заставы, от которой гвардейские полки стояли по обеим сторонам улиц до Зимнего дворца, королева остановилась на даче Бергина, чтоб переодеться в нарядное платье и сесть в приготовленную для нее осьмистекольную, раззолоченную карету. У этой заставы император, в сопровождении великого князя Константина Павловича, множества военных генералов и некоторых посланников иностранных дворов, встретил ее и оттуда вместе с королем и его свитой имел торжественный въезд. Палили из пушек, это бы так; но в православных церквах звонили в колокола; этого бы, кажется, не следовало делать в честь венценосных еретиков.

В.к. Константин. После 1808. Рокштуль. Эрмитаж.
Constantin 1808 после Рокштуль Эрмит

Один человек был весьма примечателен в это утро, бесстыдно и нагло пользуясь большими правами своими: французский посол Коленкур, когда все были в парадных мундирах, и полиция никого не пускала по улицам, по которым должен был пройти церемониальный поезд, разъезжал верхом между полками, один, в сюртучке и круглой шляпе, с видом величайшего неудовольствия и даже досады; когда же проехал мимо его государь с королем, он пожал плечами и злобно усмехнулся. Это видел народ, и если б не был удерживаем страхом, закидал бы его грязью и каменьями. Тут не было ничего обидного для России, как после оказалось: привыкнув видеть своего императора окруженного толпою королей им побежденных или им пожалованных, Коленкур находил, что другой, равный ему император, унижает свое достоинство, воздавая такую честь тому, которого бы мог он почитать едва ли не вассалом своим. Также уверяли после, будто он проник тайный замысел королевы, чтобы склонить государя к новому союзу с Австрией, к которому бы пристала Пруссия, и чтобы таким образом общими силами подавить, наконец, общего врага. Если у нее было такое намерение, то оно не имело никакого успеха.

Коленкур. Ван Бре. Лувр.
Коленкур М И ван Бре Лувр

Начались в Петербурге бесконечные празднества. Несмотря на склонность мою противоречить общему мнению, несмотря на убеждение, что нам полезно доброе согласие с Францией, я не мог без умиления думать о прекрасной жертве ее властолюбия; несмотря на свой траур, я искал все случаи, чтоб ее видеть. Для нас, горожан, не принадлежащих ко двору и к нему не представленных, их было немного; я всеми воспользовался и досыта налюбовался ее красивым станом, бесподобными плечами, очаровательною улыбкой и взором. Между тем я видел только те прелести, которые двухгодовое горе не совсем еще успело истребить в ней.

Королева Луиза Прусская. 1800-е. И. Г. Шредер. Аукцион.
Луиза Прусская Иоганн  Генрих Шредер аукцион2

Не один приезд королевы, но также и обручение великой княжны Екатерины Павловны с принцем Георгием Ольденбургским, которое совершено 1 января 1809 года, было причиною необычайных празднеств этой зимы, фейерверков, иллюминаций, придворных маскарадов и великолепных балов. До сих пор не знаю, правда ли, что Наполеон тогда же хотел разводиться с Иозефиной, чтобы свататься за нашу красотку? Правда ли, что, узнав о том, она исполнилась ужаса и негодования и, для избежания такой участи, спешила замужеством с бедным родственником, младшим сыном весьма немогущественного немецкого владетельного герцога? Странный выбор ее, невзрачность, только что не безобразие жениха могли бы заставить сему поверить, если б дело не объяснилось желанием ее не покидать России и обещанием будущего супруга навсегда в ней остаться. Впрочем, мог он ей и понравиться: о вкусах спорить нельзя. Она могла бы, если бы хотела, предпочесть ему другого молодца, красивого, видного, статного принца Фердинанда Кобургского, который прискакал нарочно, чтобы искать ее руки и, будучи также меньшим, согласился бы на все условия, какие бы захотели ему предписать. Плодовитый род Кобургов тогда уже начинал промышлять собою, но не так удачно, как в нынешнее время.

Фердинанд Саксен-Кобургский. 1810-е. М. Даффингер. Собрание Подстаницких.
Фердинанд Саксен Кобургский 1810-е Мориц Даффингер Собр Подстаницких

Замечательно было, что во всех иллюминованных домах, как казенных, так и частных, согласно воле императора, везде горели одни вензелевые имена короля и королевы Прусских, как бы в доказательство, что все сии торжества происходили только по случаю их приезда. Один лишь Коленкур, постоянно изъявлявший к ним презрение, не согласился сообразоваться с сим, и на доме своем выставил одну огромную литеру Е, вензель невесты.

В.к. Екатерина Павловна. 1809. Колла. Частная коллекция.
Ек Павл 1809 Колла частн Раст Вишн

В продолжение всего пребывания короля и королевы стояли жестокие морозы, и один балагур заметил, что в Петербурге выживают пруссаков (так называется особый род тараканов) точно так же, как в деревенских избах. Только в день выезда их, 20 января, сделалась опять такая же оттепель, как и в день их приезда.
(Вигель Ф. Ф. Записки.)
Tags: Екатерина Павловна (великая княжна), Как жили в старину
Subscribe

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments