Екатерина (catherine_catty) wrote,
Екатерина
catherine_catty

Categories:

Опись вещей российского чиновника или А ты не воруй - 2

Помнится, однажды я выкладывала опись вещей Сен-Жюста, проданных с аукциона после смерти владельца. Интересно было видеть, каким имуществом владел человек средних доходов во Франции в 1790-х годах. Власть у Луи Антуана была большая, но жалование – 18 франков в день, как у прочих депутатов Конвента. А сегодня хочу показать чем мог владеть провинциальный российский чиновник примерно в то же время – 1790 год. Причина, по которой мы можем подробно узнать это – ровно та же, что и в случае с Сен-Жюстом. 5 мая 1790 года коллежский асессор Аккерман, обвиненный в растрате, умер под следствием, и для покрытия убытков его вещи были проданы.

Портрет неизвестного мужчины. 1790. Камеженков. Третьяковка.


«Судя по составленной описи, Аккерман жил в собственном деревянном доме, при котором на дворе стоял сарай, а сзади был сад с яблонями и вишнями. Этажей в доме было два: нижний, теплый, называемый подъизбицею; верхний, светлый с пятью окнами по фасаду и двумя в сад и на двор. Внутреннее помещение делилось на три «покоя»: залу, столовую, и спальню; кухни же, судя по отсутствию в описи кухонных принадлежностей, не было. В спальной висело платье и находилось ложе, состоящее из трех подушек и двух пуховиков. Кровати и одеяла в описи не было, поэтому, надо полагать, что Аккерман ложился на один из пуховиков на полу, и другим покрывался. Казначей не обременял себя служебными занятиями, так как у него не оказалось ни подходящей для работы комнаты, ни канцелярских принадлежностей. Столов было шесть, но из них пять простых, служивших для обихода и шестой ломберный с зеленым сукном. В столовой кроме мебели стоял комод и посудный со стеклами шкаф, окрашенный в белую краску; на стенах висело семь небольших за стеклами картин и собственный портрет хозяина, писанный масляными красками.

В зале обстановка состояла из мягких стульев, простых столов, на которых стояло пять шандалов красной меди. На стенах висели два зеркала в рамах краснаго дерева, 13 небольших картин, изображавших виды замечательных мест и несколько портретов военных героев. Гардероб Аккермана был разнообразный и богатый для тогдашняго времени.

В служебный день, когда Аккерман вставал с постели, то облекался в тафтяную или китайчатую фуфайку и надевал канифасовые красные штаны, а на голову колпак, вязаный из бумаги (из х/б ниток – К-К). По утрам он пил кофе не прежде, как надев байковый фрак алаго цвета. Этот фрак часто менялся с другим, тоже байковым, но краснаго цвета и притом с камзолом. После кофе казначей летом прогуливался в своем саду, а зимой сидел дома и занимался какими нибудь пустяками. Пред тем как идти в казенную палату утренний костюм Аккерман менял на служебный. Последний состоял из зеленаго суконнаго фрака с черным воротником и плисовых брюк с камзолом, отороченным позументом; летом надевались штаны с камзолом из зеленой саржи. На ноги натягивались длинные нитяные чулки разных цветов, а иногда синие шелковые; зимою же надевались шерстяные или вяленые. Обувь составляли исключительно башмаки с серебряными пряжками. Из рукавов фрака торчали батистовыя манжеты, а из-под камзола полотняная сорочка, которая у шеи наглухо прикрывалась пышным галстухом.

Окончив свой туалет, Аккерман брал маленький костяной ящик малиноваго цвета, называемый «комодиком», и заимствовал оттуда несколько щепоток табаку, перекладывая его в фарфоровую табакерку. Засунув в карман под фалдами красный носовой платок и аккуратно надев лакированную шляпу, казначей отравлялся на службу: в теплую и ясную погоду без верхняго платья, а в дурную накидывал плащ синяго сукна Для выхода в гости или во время праздников у казначея имелось нарядное платье, он облекался в красный плисовый фрак, «крупной полосы» и надевал штаны с камзолом палевой «масти», причем на ноги натягивал шелковые «шкворцовые» чулки, т. е. черные с белыми крапинами. У Аккермана был еще костюм—кафтан, камзол и штаны «облачковаго» цвета; в нем, надо полагать, казначей или принимал дома гостей запросто, или отправлялся на прогулку.

Представлялся начальству и делал по высокоторжественным дням визиты Аккерман в мундире голубаго сукна с прицепленною сбоку шпагою. При мундире надевалось обязательно все белое — штаны, камзол, чулки, галстух. Парадный наряд дополняли: черная пуховая шляпа с белым бантом, шелковый носовой платок, батистовая манишка и дорогая по тогдашнему времени агатовая табакерка, в томпаковой оправе. Зимою казначей щеголял в волчьей шубе, с бобровым воротником, покрытой синим плисом, голова покрывалась высокой шапкой, также из бобра, а руки прятались в муфту.»
Всего за 292 предмета было выручено 259 рублей 32 1/2 коп. ассигнациями.
(Бытовые черты из жизни чиновника конца прошлого столетия / Сообщил А. Слезскинский // Русская старина, 1897. – Т. 92. - № 10. – С. 223-224.)
Tags: Как жили в старину
Subscribe

  • По Бунинским местам

    Ну, как вы знаете, я очень люблю путешествовать. Или не знаете, потому что я не часто пишу об этом в ЖЖ, предпочитая делать посты по истории. Кроме…

  • СССР и Харрисон Форман: Иркутск.

    Ну что, на Москву 1959-го года мы уже смотрели. Теперь взглянем на... Иркутск Горсовет. Кинотеатр…

  • Бобровый городок, или Сплошное ми-ми-ми.

    Ну, поскольку сейчас - праздник, поговорим о хорошем. О бобрах. В целом я довольно равнодушна к красотам природы и животному миру. Меня больше…

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 54 comments

  • По Бунинским местам

    Ну, как вы знаете, я очень люблю путешествовать. Или не знаете, потому что я не часто пишу об этом в ЖЖ, предпочитая делать посты по истории. Кроме…

  • СССР и Харрисон Форман: Иркутск.

    Ну что, на Москву 1959-го года мы уже смотрели. Теперь взглянем на... Иркутск Горсовет. Кинотеатр…

  • Бобровый городок, или Сплошное ми-ми-ми.

    Ну, поскольку сейчас - праздник, поговорим о хорошем. О бобрах. В целом я довольно равнодушна к красотам природы и животному миру. Меня больше…