May 21st, 2008

история

Хвала, отважный Воронцов, младой, но духом зрелый...

Наверное, даже невооруженному взгляду видно, что у меня роман с императором. Александр Павлович мне глубоко симпатичен как человек и интересен как личность. Тем не менее, преклонения перед ним я не испытываю. Человек он был сложным, не все его поступки можно истолковать однозначно и не всё, что он сделал, следует оценивать положительно. Между тем есть человек, которого я безмерно уважаю. Михаил Семенович Воронцов.

Как и Александру I, Воронцову не повезло. Оба они не нашли общего языка с Пушкиным. В результате первый сейчас воспринимается исключительно как «властитель слабый и лукавый», а второй – как «полуподлец». Ну, не склонен наш народ читать историческую или мемуарную литературу. А классику, ее же в школе проходят. Не знаю, как сейчас, а в пору моего детства никак нельзя было обойтись без обличения императора и "его вельможи". Кстати, отношения между ними тоже нельзя было назвать супер-хорошими. Если с «лукавым» я готова согласиться, то был ли император слабый – вопрос спорный. И уж совершенно ясно, что характеристика, данная поэтом Воронцову – безбожная клевета.

Участник войн начала XIX века, герой войны 1812 года, командир Русского экспедиционного корпуса, Новороссийский генерал-губернатор, командующий Кавказским военным корпусом и наместник Кавказа, генерал-фельдмаршал, граф, светлейший князь... Все эти звания и титулы мало что говорят нашему современнику. Между тем это был ЧЕЛОВЕК. Выдающийся государственный ум, редкое хладнокровие, бескрайняя щедрость, невероятное благородство.

Достаточно вспомнить всего три эпизода его жизни.

В Бородинской битве Сводно-Гренадерская дивизия Воронцова защищала Багратионовы (они же Семеновские) флеши. Командир лично повел солдат в штыковую атаку и был ранен мушкетной пулей в бедро. Его наскоро перевязали и на крестьянской телеге отправили в тыл. На третьи сутки (уже в своей коляске, найденной в обозе) Воронцов добрался до Москвы, где обнаружил, что к его дому прибыло из подмосковного имения Андреевское множество подвод для эвакуации господского имущества. Оставив врагу мебель, картины, бронзу, фарфор и прочие ценности, Михаил Семенович приказал погрузить на телеги раненых солдат (300 человек) и офицеров (50). Господский дом в Андреевском на 4 месяца был превращен в госпиталь. Каждый солдат, покидая имение Воронцова, получал обувь, белье, тулуп и 10 рублей.

Портрет кисти А.Молинари. 1812 г.
Воронцов Михаил Семенович 1812 Молинари3
Воронцову 30 лет.
Collapse )
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.