С этого поста начался мой журнал 5 ноября 2007 года. Через пару недель я поняла, что надо выносить его в начало ЖЖ. Что и делаю.

Последнее время меня часто удивляют то, что, повторяя чужие слова, люди перестали думать сами. Никто не пытается проверить, а был ли прав автор этих строк. Если это сказал гений (а частенько цитируют и бульварное чтиво), то это истина в последней инстанции. Не истина.
( Читать дальше... )

Говоря о Великой Французской революции, люди часто вспоминают террор республиканский, но забывают про террор роялистский. Между тем, это явление было присуще обеим сторонам.



Убийства в Машкуле. XIX век. Ф. Фламенг, Музей истории и искусства в Шоле.
.

"Машкуль был первым театром, где разыгрались эти ужасные события. Разбойники там в куски изрубили 800 патриотов; их похоронили еще полуживыми, прикрыли только землей их тела, оставив открытыми руки и ноги; их жен связали, заставили присутствовать при казни мужей; затем их вместе с детьми живыми пригвоздили всеми членами к дверям их домов, и так их убивали, пронзая тысячью ударов. Конституционный священник был проколот насквозь и в таком виде его водили по улицам Машкуля, предварительно изуродовав самые чувствительные части его тела; еще живым его пригвоздили к дереву свободы. И среди крови и изуродованных трупов священник вандейцев служил мессу." (Бабеф Г. Жизнь и преступления Каррье.)

P.S. Дамы и господа, на всякий случай сообщаю: то, что я пишу в ЖЖ - верхушка айсберга, обычно я знаю на порядок больше. Не стоит пытаться подловить меня на ошибках, ссылаясь на кривую информацию из Википедии. Мне откровенно лень сканировать и распознавать огромный текст по Машкулю у Жореса. Но, если встал вопрос о жертвах, то словарь ВФР Tulard, Fayard, Fierro (Париж, 1998) дает цифру "более 600".

Поэт Борис Садовской в 1920-х годах написал "Державный взмах двуглавого орла", венок сонетов, посвященный российским императорам. Весь цикл выкладывать не буду, но несколько стихотворений хочу процитировать.



Императрица Екатрина II. Левицкий. Конец XVIII в. Лувр.


Родной святыни Русь не предала.
Над ней шумит твой лавр, Екатерина,
Клубится розами любви долина,
Затягивает время удила.

Ты прелестью румяной расцвела,
Как несравненного Ватто картина,
Рука твоя столицу Константина,
Кавказ, Тавриду, Польшу потрясла.

Вольтера и Версаль пленив «Наказом»,
Танцуешь ты с гигантом одноглазым.
Сияют свечи, стонет менуэт.

В гостиной царедворцы обступили
Державина: о, царственный поэт,
О, вдохновенных снов живые были!
( Читать дальше... )

Очень давно, примерно в середине 80-х, я читала фантастическую повесть, в которой говорилось о землянах, прилетевших на другую планету. Обычаи инопланетян сильно отличались от тех, к которым привыкли мы. В частности, табу считалось употреблять пищу на людях, зато женитьба на сестрах была привычным явлением. Что сделали прогрессивные земляне, желающие просветить местных туземцев? Правильно, они тут же устроили показательную трапезу на площади...

В общем, десятка два лет этот сюжет тихо дремал у меня в голове, пока вдруг не всплыл. Представив апокалиптическую картину: инопланетяне-пришельцы, из лучших побуждений желаюшие приобщить к культуре темных землян, массово занимаются любовью на всех перекрестках, я призадумалась. Любое ли «прогрессорство» - благо? Всегда ли нужно бороться с «пережитками прошлого»? Где предел, на котором надо остановиться? Если традиции подразумевают рабство, ситуация более-менее понятна. Если побивание неверной жены камнями, ну, в общем, - тоже. А если ношение паранджи?



И вообще, когда, пусть даже руководствуясь благими намерениями, можно вмешиваться в дела другого государства или планеты? Помню, меня в свое время поразил роман «Час быка» Ефремова. Земляне прилетели на планету Торманс и, угрожая тем, что взорвут ее (!!!), если им не разрешат посадку, также начали просвещать местных «дикарей». Мне кажется, автор никогда не пытался приложить ситуацию к себе. Например, так: к границам СССР, подходит огромный американский авианосец и требует пропустить его в порт, а также выпустить моряков на берег, где они займутся пропагандой местного населения, а в случае отказа угрожает обстрелять прибрежные города. Милая картинка? Честно скажу: я была искренне рада, когда для большинства землян все закончилось крайне плохо.

P.S. Если кто желает обсудить ситуацию, давайте ориентироваться на 2 половину XX века и позже. Иначе с выяснением кто кого когда завоевал мы рискуем дойти до первобытно-общинного строя.
P.P.S. К сожалению, я не помню ни имени автора, ни названия повести. Мне казалось, что это Ларионова, но у нее я такой вещи не нашла. Может кто тоже читал и поможет мне?
Нашлась! Спасибо chaja_nie. Это действительно Ларионова, "Формула контакта".

Мы примерно знаем, как рисовали государя-императора Николая I у нас в стране. А как представляли себе русского царя жители других стран, причем не придворные, а простые люди?? Какие гравюры и эстампы были доступны, например, французам?

Николай I, император России, рожденный 2 июля 1796 г. До 1837. Музей истории цивилизации Европы и Средиземноморья.

Ну, тут понятное дело, дату рождения дали по новому стилю. Только почему 2 июля, если должно быть 6?
( Читать дальше... )

Как обычно, совершенно случайно откопались занятные вещицы.

Официальный визит царя Николая II во Францию в 1896 году. Конец XIX века. Ж.-Б.-Э. Детай. Версаль.

"Парад, проводимый в Шалон-сюр-Марн президентом Феликсом Фором,царем и царицей 9 октября 1896"
( Читать дальше... )

Поскольку речь зашла о том, какое наказание согласно уставу ждало легионеров за кражу спиртного во время отработки задания, я решила, что нужно выложить еще кое-какие материалы. Дело в том, что Легион был и есть очень специфическое соединение. И порядки, которые царят там, довольно часто зависят не от устава, а от традиций. Сразу скажу: в Легионе я не служила, в армии тоже. Но то, что рассказывает Мюррей, находит подтверждение в других источниках. Более того, боюсь, что и сейчас в Легионе мало что изменилось. По крайней мере, уже в нашем веке в сети были выложены фотографии новобранцев, ползущих ночью по грязи в одних трусах и ботинках.



"18 апреля 1960
А во время аппель(перекличка- К-К) он развернулся во всю мощь. При проведении аппель ты должен либо лежать в постели, убедительно притворяясь спящим, либо стоять в полной форме возле койки по стойке «смирно». Лежать в постели рискованно - это наводит на мысль о чрезмерной самоуверенности и побуждает сержантов с садистскими наклонностями, каких тут более чем достаточно, перевернуть койку. Хотя мы в ожидании Шерифа тщательно вычистили все свое обмундирование и имущество, надраили до блеска полы, помыли окна, очистили от пыли постели, тумбочки и абажуры - пострадавших было немало. Кровати были перевернуты, тумбочки опустошены, а их содержимое, включая личные вещи, выкинуто из окна на улицу. Пинков и зуботычин тоже хватало.

29 июля 1960 (Накануне двое солдат дезертировали.)
Для начала им назначили трехчасовой пелот (дисциплинарную трепку). Это наказание заключается в том, что провинившемуся надевают на спину набитый камнями вещмешок с проволочными лямками, а на голову стальную каску без подкладки и заставляют бегать по кругу. При этом сержант (в данном случае Виссман) стоит в центре круга со свистком. При одном свистке провинившийся должен совершить кувырок вперед, при двух - ползти на животе, а при трех - маршировать с согнутыми коленями. Если он снижает темп или падает (что с Лефевром и Абуаном случалось сегодня неоднократно), сержант подгоняет его. Когда у Лефевра с Абуаном уже не было сил держаться на ногах, их заставили проползти по открытой сточной канаве, а затем, в довершение всех унижений, ползать на животе по казарме. Мы все должны были стоять навытяжку у своих коек, а эти двое, измазанные в грязи и нечистотах, ползали у наших ног, задыхаясь и стеная, и были даже мало похожи на людей.
Так здесь наказывают дезертиров, и этот случай послужил уроком нам всем.
( Читать дальше... )

Мюррей прекрасен. Поэтому выкладываю еще один рассказ из его книги. В конце 1963 года Франция еще не вывела все войска из Алжира. Мюррей проходит обучение в школе капралов, однажды им дают задание.

«Завтра мы должны пробраться в лагерь регулярных войск. Последние два дня мы тайком вели наблюдение за ним, изучили расположение мин и расстановку часовых и составили детальный план лагеря, включая склады, столовые и казармы. Личный состав предупрежден о нашей акции, но когда именно она будет осуществлена, они не знают. Количество часовых удвоено, лагерь обнесен таким количеством дополнительных проволочных заграждений, что не всякий танк решится штурмовать их.

Мюррей (слева) с товарищами.


Два дня спустя
Прошлой ночью нас сбросили на парашютах в горах милях в четырех от армейского лагеря. Всего нас было десятеро, мы разделились на группы по два-три человека. Я был вдвоем с Дельгадо. Каждая группа имела свое задание, но прежде всего надо было добраться до лагеря. Мы были там около часа ночи и обнаружили столько прожекторов, что вокруг лагеря было светло, как днем, а внутри проволочных заграждений прохаживалась добрая сотня часовых. Они явно ждали нас.
( Читать дальше... )

Я как-то писала о военно-полевых борделях. Но тогда я не слишком хорошо знала о том, какие там были порядки. Поэтому сейчас решила продолжить тему. Начну с отрывков из книги С. Мюррей «Легионер». Кстати, раз я уже успела поругаться на переводчика, то сейчас не грех и похвалить его. С русским у человека все в порядке.



«За каждым полком легиона закреплен определенный бордель, который следует за ним, когда полк отправляют на задание вглубь страны. При создании этой системы совершенно справедливо рассудили, что легионеры так или иначе будут посещать бордели, так пусть уж лучше посещают те, в которых женщины проходят медицинский осмотр и потому опасность подцепить заразу гораздо меньше.
Каждая женщина имеет свой номер, каждое посещение клиента и его имя регистрируются, так что если кто-то подхватит триппер, то установить источник будет нетрудно. Если легионер заразится в борделе, не относящемся к легиону, он получит в наказание восемь суток ареста, а если это произойдет в БМК (Это так переводчик называет bordel militaire contrôlé –К-К), что легко проверить, то обойдется ему всего лишь серией инъекций. Однако многие находят, что в других борделях более высокий уровень обслуживания, и предпочитают отправиться в один из арабских кварталов. После этого, чтобы замести следы, они сразу же отправляются в военный бордель. Если окажется, что они что-либо подхватили, они сваливают вину на БМК, но девица, с которой они переспали, к этому моменту успевает заразить полдюжины других легионеров, а если это день получки, то и половину полка. Так что такая система тоже не дает стопроцентной гарантии.
В борделе есть бар, где царит непринужденная атмосфера. Можно зайти и посидеть в баре, заказав всего лишь выпивку и наблюдая за живым товаром. Бывает, конечно, что, проведя некоторое время у бара, посетитель снижает свои запросы и кидается в авантюру, на которую не решился бы в трезвом состоянии. Цены варьируют от одного фунта стерлингов за одноразовое обслуживание до пяти фунтов за ночь. Начинаю откладывать деньги.»
( Читать дальше... )

Еще одна песня Ж.-П. Мефре.



Толпа поддерживает защитников Французского Алжира. Январь 1961.


Черноногие, символ мужества.
Черноногие, пример отваги,
Люди всех вероисповеданий, сыновья пионеров.
Черноногие, гордость - единственный наш багаж.
Ничто не заставит нас забыть наше прошлое.

У памятника павшим. 14 июля 1957.


Когда Франции приходилось туго,
Когда сгущались тучи, раздавался клич:
«Вставайте за нами, французами Африки,
Мы будем пушечным мясом».

"Regroupez-vous derrière les Français d'Afrique,
Nous venons pour offrir notre chair aux canons"
( Читать дальше... )

Дамы и господа. Особенно господа.
Вышла книга С. Мюррея "Легионер". Это воспоминания англичанина, служившего в Иностранном Легионе в годы войны в Алжире. Так что, если кого эта тема интересует, вам туда. Порядки в Иностранном Легионе, быт и нравы, боевые действия, терракты и пр. Всего в количестве.



Интересно, что еще одна сцена, показанная в "Битве за Алжир" оказалась вполне документальной. Правда, случай произошел не в 1957, а 1962 году. "Арабский автомобиль с пулеметами, торчавшими из всех 4 окон, промчался сегодня по улицам Алжира, стреляя по всем людям, внешне напоминающим европейцев. Более 40 человек убито и намного больше ранено".

Минусов 4.
1. Саймон служил в 25 дивизии, а не в 10, про которую по бОльшей части я рассказываю. Это менее прославленное соединение, там были не таких харизматичные личности, как в 10.

2. Переводчик очень слабо знаком с французским языком. Имена перевраны.
Полковник Дармюзе (Darmuzai) стал Дамюзе, а Шенель (Chenel) превратился в Ченнела.
Человек не видит разницы между fellah (крестьянин) и fellagha (повстанец), поэтому военные действия в книге вовсю ведут феллахи, мирные сельские труженики.


3. Время действия 1960-1964 гг. Основные события войны уже позади.

4. Переводчик и редактор явно имеют очень смутное понятие о том, что происходило в то время.
Дьенбьенфу оказалось селением. Вообще, это долина. Ну, или уезд.

Очень порадовала сноска "В 1957 году алжирские повстанцы захватили крепость Касбу в г. Алжир. Восстание было подавлено французскими войсками". Вот прям-таки всю и захватили? И при чем тут восстание?

За наводку спасибо avia_monstr.

В швейцарском городе Люцерн есть памятник, который Торвальдсен изваял в 1821 году. Это умирающий лев, раненый копьем. Надпись на латыни гласит: "Helvetiorum fidei ac virtuti" (Верности и храбрости швейцарских гвардейцев).



Поставлен он в честь тех швейцарцев (наемников, отмечу), что 10 августа 1792 года защищали дворец Тюильри от восставшего народа. Король Людовик XVI с семьей бежал под защиту Законодательного собрания. И только потом вспомнил, что он не отдал гвардейцам приказа сложить оружия. Они защищали дворец, в котором не было короля. Но, верные слову, они стояли насмерть. Когда Людовик наконец спохватился, было уже поздно.

Штурм Тюильри 10 августа 1792 года. Конец XVIII в. Берто. Версаль.

( Читать дальше... )

Где он, этот день
Я до него готов ползти сквозь бури и метели,
Где он, этот день
Я до него готов идти через года,
Когда же к людям он придет,
Придет на самом деле,
Этот долгожданный,
Этот самый долгожданный,
Зоревой, победный день



Я часто рассказываю о французских парашютистов в Алжире, иногда вспоминаю о том, что они делали в Индокитае. Но еще не сказали ни слова о том, где сражались эти люди во время второй мировой войны. Думаю, пора восполнить этот пробел.

Генерал Массю.

С 1940 года офицер войска Свободной/Сражающейся Франции, участник многочисленных компаний в Африке и в Европе.
( Читать дальше... )

Очень понравилась старая карикатура.


Деколонизация. 1960. Фриц Behrendt.


Думала я тут написать о том, что у колониализма, как и у каждого явления, есть свои плохие и хорошие стороны. А потом решила: а ну его к дьяволу. Лучше покажу старые открытки на эту тему. Около 100 лет назад фотографы сняли виды и жанровые сценки в Алжире, Тунисе, Марокко, Индокитае, Сенегале... Ну ладно, небольшой текст на тему все же выставлю.

"В Эль-Кантара все арабы хорошо говорят по-французски. У них большая школа, два учителя и учительница, 150 учеников. Живут они преимущественно с доходов от своих финиковых плантаций, платя ежегодно французскому правительству, как они нам говорили, по 47 сантимов с каждой дающей плод пальмы. Есть и заработки: на железной дороге, на шоссе, в ближайших городках и местечках, где идет непрерывная стройка. Но арабы отправляются туда нехотя, только из крайней нужды, предпочитая работе долгие часы сиденья в кафе, с приятелем, за чашкой своего любимого напитка. Бюджет их невелик и несложен: немного купленной пшеничной муки для “кус-куса” — арабской похлебки, а остальное свое: овощи, финики, баранье сало, козье молоко. Бурнусы ткутся женами из овечьей шерсти, обуви почти не нужно. Ослика можно иметь за 12 — 20 франков, овцу за 10. Коров — четыре во всех трех деревнях; лошадей и мулов держать только самые богатые, если они им нужны для разъездов и перевозки тяжестей. Из всех занятий араб, пожалуй, еще отдает предпочтение торговле; его лавочка — то же кафе, тот же клуб, где посетители сидят часами, без всякой надобности. Южное солнце располагает к лени."
( Молоствова Е. В. Из Туниса В Алжир (Путевые наброски) // Исторический вестник, № 10. 1912)

Гельма. Школа Аламбер.

( Читать дальше... )

Я рано увлеклась кино, серьезные фильмы начала смотреть лет в 20, так что, можно сказать, великие режиссеры 20 века сформировали мое мировоззрение и мироощущение. Именно поэтому я люблю эстетику рубежа 1950-1960-х годов. Пару десятилетий назад я чуть ли не рыдмя рыдала: почему я родилась так поздно, почему никогда не смогу ТАМ оказаться?! Мне нравится как тогда жили люди, как мыслили, как одевались. Если бы меня спросили, в какую эпоху, на мой взгляд, мужчины выглядели лучше всего, я бы ответила: полвека назад. Мужская мода бесподобна: узкие брюки и галстуки, костюмы, белые рубашки, челочки, гладко выбритые лица.

( Читать дальше... )

Известный политик Жан-Мари Ле Пен в 1954 год был су-лейтенантом в Иностранном легионе, но в войне в Индокитае поучаствовать не успел. В 1956 он становится самым молодым членом (27 лет) Национальной Ассамблеи. Практически сразу он просит долгосрочный отпуск. Зачем? Собрался завести собственное дело? Захотел жениться? Пожелал отправиться в путешествие? Молодой политик едет воевать в Алжир, решив доказать таким образом, что «слуги народа» могут не только протирать штаны на заседаниях.

Генерал Массю награждает лейтенанта Ле Пена.


Он попал в свой родной 1 парашютный полк Иностранного Легиона. Участвовал в Суэцкой операции в 1956 и в битве за Алжир в 1957. После окончания боевых действий в Египте, когда противники сели за стол переговоров, офицеры 10 дивизии устроили пирушку. В середине обеда слово взял генерал Массю.

«- Знаете ли, месье, что у меня есть для вас добрая новость?

Сотрапезники генерала, застыв с открытыми ртами и поднятыми вилками, ждали продолжения, думая то о марше на Каир, то о возвращении в Алжир.

- Сегодня утром я узнал от дипломатического советника, присутствующего здесь, что египтяне признательны нам.- Массю сделал паузу на пару секунд. Для усиления эффекта он медленно проглотил кусок курицы и продолжал. - Они находят, что мы правильно погребли их мертвецов.

Новость вызвала всеобщее веселье.
- И знаете кому мы обязаны этой благодарностью? Лейтенанту Ле Пену. Не так ли, Ле Пен?

Ле Пен ответил не сразу. Он спрашивал себя: не разыгрывает ли его Массю. Ему дали поручение захоронить трупы египтян. Он добросовестно выполнил его с помощью пленных и не видел в этом ничего экстраординарного.

- Вы уважили их религиозные традиции, - объяснил Массю. - Они были тронуты. Но я хотел бы знать, кто вас надоумил.
- Я бретонец, мой генерал. Я знаю, насколько важны подобные вещи. Я нашел естественным вырыть ров по направлению к Мекке и захоронить трупы.
- Браво, Ле Пен! Поздравляю. Эта деликатность делает вам честь. Некоторым офицерам стоит намотать себе на ус.
( Читать дальше... )

Сегодня будет очередная песня Мефре, написанная в 1982 году. "Учитель Мюллер".





Каждый день, возвращаясь из школы,
Он проходит по Александер-платц
Никто не слышит, что он говорит,
Идя по аллее Карла Маркса.

Позади него - стена из камня
Башни и вооруженные полицейские
Липы больше не образуют границы,
Но есть Берлинская стена, учитель Мюллер.
( Читать дальше... )

Уже много раз замечала: как прихотливо переплетаются иной раз пути людей. Сен-Марк был однокашником Грациани в Сен-Сире, у них один выпуск. А Грациани служил в годы второй мировой войны войны в том же полку САС (3-м), что и отец Сореля, Гийом де Комбо-Рокбрюн. Как тесен мир!

Кстати, к вопросу о Грациани. Э. Берго пишет, что в битве при Ланг Сон, она же битва при Тхат Кхе (Отчаявшись запомнить эти названия я решила для себя условно называть ее битвой за колониальную дорогу № 4), ему осколком снаряда выбило глаз. Я, безусловно, понимаю, что все мы люди и автор может ошибаться. Но на фотографии конца 50-х капитан в темных очках. В связи с этим еще более интересными и захватывающими становятся откровения Луизетты Игилариц, утверждавшей, что у Грациани, ее палача, были «красивые зеленые глаза».



Ну ладно, хватит о грустном. Хочу рассказать пару забавных историй. Правда, не знаю уже какой тег ставить. Когда на меня свалилась война в Алжире, я пожала плечами и смирилась. Когда из этой темы плавно вытекли сражения в Индокитае, поскольку я всегда ищу предпосылки событий, я тоже не слишком жаловалась. Но сейчас дело идет все дальше и дальше. А я честно скажу: в мои планы отнюдь не входило изучать еще действия французских парашютистов во время Суэцкой операции или второй мировой войны. У меня на это жизни не хватит.

Лето 1944. Один французский полк САС успешно действует тылу врага, другой – прохлаждается в тылу. В августе его командира, Шато-Жобера, вызывают к Эйзенхауэру.

« - Вы высаживаетесь во Франции.
- Наконец-то! В чем будет заключаться наша миссия?
- В чем захотите.
- А куда нас высадят?
- Куда пожелаете.

Взглянув на физиономию ошеломленного полковника, американцы все же соблаговолили объясниться: «Все очень просто. Вы, парашютисты, никогда не прибываете в нужное место и не выполняете заранее намеченной миссии. Тем не менее, там, где вы оказываетесь, вы находите для себя много других заданий, не менее значимых. Так что мы вам даем картбланш.» (E. Bergot «Les paras»)
( Читать дальше... )

В 1848 году Адель-Роз Компаньон получает наследство после смерти кузины Августины-Женевьевы. Среди всего прочего в него входит картонная папка с 81 рисунком, выполненным гуашью по картону. Сейчас эти вещи известны всем исследователям Великой Французской революции, это работы братьев Лё Сюёр (Лёсюёр), Жана-Батиста и Пьера-Антуана. Они умерли бездетными и неженатыми, оставив все вещи сестре Августине-Женевьеве. Самый ранний рисунок датируется 1789 годом, самый поздний – 1806. Да-да, наиболее известны, конечно, гуаши, посвященные событиям ВФР, но Лё Сюёры рисовали и Директорию, и Империю. Другое дело, что меньше. Или же те рисунки канули в Лету. А, может, лежат у какого-нибудь коллекционера и ждут своего часа. Один брат умер в 1813, другой – в 1826, так что, теоретически они вполне могли запечатлеть и переговоры в Тильзите, и торжественный въезд в Париж Александра Павловича, и купание в Сене казачьих лошадей.

По большей части рисунки братьев Лё Сюёр – иллюстрации к текущим событиям (эпоха была бурная, было где разгуляться) или изображение персонажей той эпохи. Ну, к примеру, вот такие:

Разрушение Бастилии в 1789 году. Бастилия была атакована и взята народом 14 июля 1789 года. Тут же принялись разрушать ее, что заняло некоторое время.


Девушка обещала возлюбленному выйти за него замуж после его возвращения с войны. Хоть он и был ранен, она выполнит свое обещание.

( Читать дальше... )

По легенде укрепления в Дьенбьенфу были названы именами любовниц генерала де Кастри. Менее известный факт - названия фортов шли по алфавиту. A, B, C и пр. Прочитав это я проверила, я ж Фома Неверующий.



Anne-Marie
Beatrice
Claudine
Dominique
Eliane
Françoise
Gabrielle
Huguette
Isabelle
Junon
Lilie

Для тех, кого интересует война в Индокитае. Вот здесь: http://militera.lib.ru/research/thurk_h4/index.html лежит книга:
Тюрк Г. Дьенбьенфу. Сражение, завершившее колониальную войну. — Перевод с немецкого В. Крюков.
Оригинал: Harry Thürk, Dien Bien Phu. Die Schlacht, die einen Kolonialkrieg beendete, Militärverlag der Deutschen Demokratischen Republik; Berlin, 1988.

Только что нашла, еще не читала. Несколько удивлена почему там Бижар полковник, в начале битвы он майор, затем подполковник.

Всем привет!



Комментарии для недрузей снова разрешены. Если кто-то за время моего отсутствия хотел что-то сказать, но не смог, извините. Безопасность превыше всего.

Марсель прекрасен.

Правда, по закону подлости, опять случился облом. В прошлый раз я попала туда 8 мая. А сейчас - в Пасху. Соответственно, опять пролетела с музеями. Увы. Зато по городу побегала, купила арабское платье-рубашку, напробовалась восточных сладостей и поела кускус. Это меня по арабскому кварталу носило, благо в Марселе с этим проблем нет. Сообщаю: та гадость, что готовят в Москве не имеет с кускусом ничего общего.
( Читать дальше... )

Во-первых, сообщаю, что завтра я уезжаю в очередное путешествие. Вена-Венеция-Ницца-Марсель, далее Испания. Прикол в том, что AirBerlin, с которым я лечу, недавно начал бастовать. Туда я, кажется, доберусь, рейс есть. А вот обратно... Если все будет нормально, вернусь 17 апреля.

Во-вторых, сообщаю, что на время моего отсутствия я отключу комментарии для невзаимных френдов. Вернусь - включу.

В-третьих, пост.
Традиционно считается, что особую жестокость во время войны в Алжире проявили легионеры и парашютисты. Поэтому я была несколько удивлена, прочитав такой пассаж: «В декабре 1960 два вертолета с жандармами были расстреляны в ущелье. Выживших не было. На следующий день на вертолете прибыла морская пехота, зеленые береты. В окрестностях ловушки устроили операцию по зачистке и вырезали все деревни. Мы проходили там через несколько дней: все были вырезаны. Не было никого. Имущество было сожжено или разграблено. Не было ничего. Никого живого. Даже собак. Население просто расстреляли. Морская пехота не знала пощады. Когда проходили зеленые береты, это было... Все были полностью вырезаны.» (Свидетельство Жана Труйо из книги Patrick Rotman et Bertrand Tavernier «La Guerre sans nom: Les appelés d'Algérie (1954-1962)»)

Через некоторое время в передаче «Ангелы и демоны Владимира Волкова» я услышала рассказ этого писателя о его деятельности во время войны. Он был лейтенантом в морской пехоте, где офицеры были белыми, а солдаты - неграми. То, что негры, арабы и кабилы служили в армии, новостью для меня не являлось. Удивило то, что в отряде Волкова солдаты сплошь были африканцами. Пару дней назад нашла фотографии вывода войск из Алжире, сделанные в марте 1962. В том числе вот эти:

Генерал Юбло (Hublot) проводит смотр солдат 75 полка морских пехотинцев перед отправлением их в Сенегал.



Если я правильно понимаю ситуацию, у одного солдата ритуальные шрамы на щеках.
( Читать дальше... )

История с императором и прачкой получила неожиданное продолжение. Ибо нашлась гравюра с тем же сюжетом. Но, самое главное, на гравюре был рассказ о том, что изображено.





«Наполеон во время русской кампании, будучи в Смоленске, зашел в хижину, чтоб согреться и немного передохнуть. Сидя за столом он внимательно изучал планы и карты, которые принесли ему адъютанты, когда дверь внезапно отворилась и вошла молодая маркитантка с малолетним ребенком на руках. Она протянула сына императору.
-Этот ребенок потерял отца, - сказал император, обращаясь к маркитантке.
- Да, сир, он умер на службе вашего величества.
- Я… (не разбираю слова, очень уж мелко), беря на руки сына этой женщины и кладя его на колени, - я дам ему свою фамилию и назначу пенсион.
-Ах, сир, как вы добры! – вскричала маркитантка, бросаясь на колени.
- Не надо благодарить меня. Ваш муж выполнил свой долг, я выполню свой.»
( Читать дальше... )

В сентябре 1953 года в Бак-Нинхе (Bac-Ninh) в Индокитае Пьер Феррари сделал серию фотографий, повествующая о повседневной жизни 1 батальона 3 пехотного полка Иностранного Легиона. На снимках можно было увидеть эвакуацию раненых, врачебный осмотр, партию игры в петанк, чистку оружия, несение караула и пр. Фотографу хотелось показать, что тут не просто солдаты, но люди разных профессий: каменщики, механики, пекари и пр. К сожалению, Минобороны Франции всю серию не выложило. Но 15 снимков есть, предлагаю познакомиться с 4 ротой этого батальона, которой командовал лейтенант де Венель.

Лейтенант де Венель.

В книгах мне несколько раз встречалось упоминание такого обычая: офицеры-дворяне носили на пальце кольцо-печатку со своим гербом. А вот и фотография нашлась.

Легионеры.

( Читать дальше... )

Пару недель назад прочитала у Сержана историю, над которой ухохоталась. Поскольку произошла он 1 апреля, выкладываю текст именно сегодня.

1949 год. Война в Индокитае. 31 декабря командование решило устроить тренировочные прыжки. Другого времени не нашли, да. Ответственным за зону выброски назначили лейтенанта Лаборда. Когда офицер решил проверить территорию, шедший с ним рядом кули подорвался на мине. У Лаборда вся спина в осколках, прогноз врачей крайне неутешителен. Несколько недель в ханойском госпитале лейтенант был между жизнью и смертью, наконец не то чтобы выздоровел, осколки из него еще вынимать и вынимать, но, по крайней мере, наотрез отказался отдавать богу душу. Врачи решили эвакуировать Лаборда в метрополию, но пока суд да дело, стало известно, что 1 апреля 1950 генерал Карпантье собирается приехать в госпиталь, чтоб наградить офицера орденом Почетного легиона. Друзья раненого тут же прыгнули в джип и рванули в Ханой обрадовать товарища.

Знак кавалера ордена Почетного легиона времен 4 Республики (1946-1958).


«Удивленные тем, что его нет в палате, они отправились к главврачу.
-Ах, птичка улетела?- сказал врач. – Что ж, меня это не удивляет. Ищите.

- Как так?

-У Лаборда остался осколок возле сердца, это очень опасно, я ему прописал спокойствие и запретил алкогольные напитки. На следующий же день он попросил у меня разрешения выйти из госпиталя, поскольку ему должны были вручить орден Почетного легиона. Я разрешил. Он вернулся под хмельком и без ордена. И объяснил мне, что церемония отложена. А потом повторил эту комедию. Трижды. Наконец я все понял и запретил ему выходить. (Какой-то тугодум попался, с первого же раза было ясно в чем тут дело. – К-К). Я даже дал соответствующие указания полицейскому посту. Только вот сегодня на пост заступили легионеры. Предполагаю, что они пропустили своего лейтенанта.

Офицеры Парашютного батальона Иностранного легиона были ошеломлены. Если Карпантье не найдет Лаборда в его постели, это будет что-то! Он устремились в город, обыскивая каждое бистро и закончили тем, что нашли своего «умирающего» в веселой компании в «Кок д`Ор».

- Что случилось, ребята? Вид у вас какой-то пришибленный.
( Читать дальше... )

Вот тут человек очень интересные выводы делает: http://maximus101.livejournal.com/25676.html

Типа "Если вы не видите эротики в фотографиях полуголых негритят из Центральной Африки - вы расист, ибо не считаете их равными себе." Честно признаюсь: я не вижу. И даже если голых, - тоже не вижу.

Тот, кто считает, что эта фотография http://favim.ru/image/3671/ эротична
и ее нельзя оставлять в свободном доступе, может спать спокойно. ВЫ НЕ РАСИСТ.

Кто не видит в ней ничего дурного, посмотрите на себя повнимательнее: ВЫ РАСИСТ.

Мои доводы:

Во-первых, иногда банан это просто банан.

Во-вторых, если для них такой вид привычен, чего ради я должна беспокоиться или возбуждаться?

Во-третьих, негритенок это "ребенок негр" (Толковый словарь Ушакова.) По-моему, на детей встает только у маньяков и педофилов. У нормальных людей - нет.

В-четвертых, на фотографией с обнаженной натурой можно увидеть много интересного кроме самой натуры. Интерьер, украшения, говорящие о принадлежности этого человека к той или иной культуре, красивый пейзаж.

Возможно, я ошибаюсь, интересно бы было знать мнение публики.

P.S. Фото отсюда: http://favim.ru/image/3671/

P.P.S. Автор поста его отредактировал. Заменив "негритят" на "туземцев" и обвинив меня в эротических фантазиях и еще раз в расизме. Ну, если не видеть в фотографиях полуголых детей ничего эротического - это расизм, ладно, я расистка. Но на мой взгляд то, что проповедует автор уж очень на педофилию смахивает.

P.P.P.S. Автор поста поступил исключительно в своем духе: забанил меня и продолжает писать ответы на мои комментарии, не давая мне возможности ответить. Стер часть моих комментариев. Очень смело, очень благородно, воистину по-мужски. Впрочем, там чего-то другого нельзя было ожидать.

Так случилось, что я накопала несколько интересных фотографий с легионерами, к которым у меня явно не будет текстов. Но снимки занятные.



Встреча легионера и обитательницы деревни в Исмаилии. Суэцкий канал, 1918


Музыкальная пауза. Франция, 1940

( Читать дальше... )

Меня время от времени спрашивают, какие книги, рассказывающие о войне в Алжире, на русском языке я могу посоветовать. И каждый раз я честно отвечаю: никакие. Не потому что я сноб, вовсе нет. Я сама с большей эффективностью читала бы на родном языке, у меня это в 3 раза быстрее выходит. И с удовольствием не ломала бы голову над документальными фильмами, я ленивая, если можно сделать что-то с меньшими затратами, я всегда за. Но сейчас тема «Война в Алжире» никого не интересует. А во время советской власти статьи и книги по ней выходили, но были они крайне тенденциозными.

С переводными книгами проблема: возможно, автор написал совсем не то, что прочитали мы. В принципе, у меня нет претензий к Анри Аллегу. Понятно, что к парашютистам он особой любви не питает (было бы странно по иному относиться к людям, которые тебя пытали), но не врет. А вот как переводили у нас книги Аллега я уже писала: http://catherine-catty.livejournal.com/266301.html

Остаются отечественные авторы. Статьи в «Огоньке» рассматривать не будем, они относятся к политике, не к истории. Но недавно я нашла книгу Черкасова «Судьба империи. Очерк колониальной экспансии Франции в XVI—XX вв.» М., 1983. Открыла, прочитала несколько страниц, закрыла. Потом все же решила сказать пару слов.

Солдат наблюдает за дорогой Алжир-Константина. 1956.


«Война в Алжире день ото дня становилась всё более непопулярной во Франции. 11 сентября 1955 г. 400 солдат контингента (так во Франции называют армейские подразделения, укомплектованные призывниками, в отличие от кадровых профессиональных частей, например, парашютистов), направляемых в Алжир, отказались туда ехать.» (Черкасов)

11 сентября 1955 года отказалось ехать в Алжир 600 (а не 400, Черкасов ошибся не в свою пользу) резервистов. Понимаете чем они от призывников отличаются? Человек честно отслужил свое, вернулся, нашел работу, начал учиться, женился, а тут его еще на полгода от важного дела и от любимой жены отрывают и тащат куда-то на другой континент…
(См.: Guy Pervillé «La guerre sans nom : appelés et rappelés en Algérie (1992))
( Читать дальше... )

Вот что рассказал Вяземский в своей «Старой записной книжке» про графиню Анну Петровну Толстую, урожденную Протасову ((1794-1869):

«Графиня Толстая говорила, что не желала умереть скоропостижной смертью: как неловко явиться перед Богом запыхавшись. По словам ее, первой заботой ее на том свете будет разведать тайну о железной маске и о разрыве свадьбы графа В. с графиней С, (Вильегорского и Строгановой – К-К) который всех удивил и долго был предметом догадок и разговоров петербургского общества. Наводнение 1824 года произвело на нее такое сильное впечатление и так раздражило ее против Петра I, что, еще задолго до славянофильства, дала она себе удовольствие проехать мимо памятника Петра и высунуть перед ним язык! Когда была воздвигнута колонна в память Александру I, она крепко запретила кучеру своему возить ее в близости колонны: «Неровен час (говорила она), пожалуй, и свалится она с подножия своего».

Вид Дворцовой площади и Зимнего дворца в Санкт-Петербурге. 1847. Садовников. Эрмитаж.


Так равно, за много лет до учреждения обществ покровительства животным, она на деле выражала им свою любовь и деятельное покровительство. Дома окружена она была множеством кошек и собак. Наконец они так расплодились, что уже не было им достаточного помещения в домашнем ковчеге. Тогда разместила она излишество своего народонаселения по городским будкам, уплачивая будочникам известную месячную плату на содержание и харч переселенцев. В прогулках своих объезжала она свои колонии, приказывала вносить в карету к себе колонистов, и когда казалось ей, что они не довольно чисто и сытно содержаны, она будочникам делала строгий выговор и грозила им, что переведет своих приемышей на другую застолыцину.»
( Читать дальше... )

Что снимают солдаты на войне? Себя-любимых. Товарищей на отдыхе или на операции. Местных жителей. Животных. Поль Дельтур, учившийся в конце 1950-х в военном училище в Шершеле, фотографировал пейзажи. Да так, что я наконец поняла строки песни Пьера Тиссерана.

C'était un beau pays
Que je ne nommerai pas
Nous y passions trente mois
et parfois de vie à trépas
de vie à trépas

Это была прекрасная страна
Названия которой я не скажу,
Но мы провели там 30 месяцев
И иногда это была жизнь, заканчивающаяся гибелью.

Шершель, маленький город в 90 километрах от Алжира.



( Читать дальше... )